Get Adobe Flash player
Новая немецкая медицина. Советы от немецкая медицина. Клиника немецкой семейной медицины. Почему в израиле хорошая медицина. Главные новости медицины израиля. Медицина в израиле отзывы. Аденома простаты лечение. Быстрое народное лечение аденомы простаты. Аденома простаты и простатит. Легкий способ перестать курить. Как перестать курить уже сегодня. Как перестать хотеть курить. Уход за кожей лица. Качественный уход за кожей летом. Домашний уход за кожей. Боли на ранних сроках беременности. Быстрое лечение на ранних сроках беременности. Ощущения на ранних сроках беременности. Воспаленные гланды лечение. Чем лечить воспаленные гланды дома. Воспаленные гланды симптомы. Прыщи на лице как избавиться. Как навсегда избавиться от прыщей с лица. Прыщи на подбородке как избавиться.
НОВОСТИ

О том, что делает фотографа счастливым...

                                            

            Мой друг Дмитрий Елисеев мало подходит для того, чтобы брать у него интервью. Он человек монолога. Это не значит отнюдь, что он не слышит собеседника. Но в разговоре это предполагает основательность реплик. Вот почему, когда обстоятельства сложились так, что мне пришла охота взять у него интервью, я заранее приготовился более слушать, чем говорить, и не мешать ему всякими суетными вопросами.

            Вероятно, всем известно (а кто не знает, то зря), что на сегодняшний день Елисеев – один из лучших мастеров концертной съемки в Новосибирске. Около года назад в Доме Учёных выступала Эдита Пьеха. Елисеев тогда отснял её на сцене, часть фотографий выложил «В контакте», а прочее приобщил к своему фотоархиву. Однако события развернулись не вполне обычным образом. Снимки были замечены, их нашли весьма удачными люди небольшой её команды – из тех, что осуществляют, говоря казенным языком, «связи с общественностью». Связавшись с Дмитрием, они попросили разрешения разместить фотографии на сайте www.edyta-piecha.ru и предоставить их для архива Эдиты Станиславовны. Вскоре Дмитрий был приглашен в Санкт-Петербург на юбилейные торжества, связанные с 75-летием Эдиты Станиславовны в качестве аккредитованного фотографа, а по его возвращении в Городок я решил, что было бы уместно, если бы он, представив публике сделанные им фото, поведал о том, чему они посвящены. По давней привычке не доверять звукозаписям, которые, помогая памяти, исподволь ограничивают её, я посчитал, что простой беседы будет достаточно.

            Так и произошло. При первом удобном случае я навёл разговор на нужную тему, а Елисеев рассказал – в присущей ему манере – о поездке в Санкт-Петербург и о юбилее Эдиты Пьехи. Вот его рассказ от слова до слова.

            – Всё началось давно, не сейчас, а в тот вечер, когда я впервые увидал Эдиту Станиславовну здесь, в Доме Ученых, в сентябре 2011 года. Это было до начала концерта. Конечно, мне и прежде доводилось фотографировать знаменитостей и людей с громким именем, но всё-таки тут я невольно отдал себе отчет в том, что передо мной певица, актриса, чьё творчество – не просто искусство; что оно уже не отделимо ни от России, ни от жизни целого поколения – вернее, нескольких поколений и даже исторических эпох нашей страны. Это, скажу правду, сильно забирает, поражает воображение и может вогнать в робость. Тем более что я с самого детства любил (хоть, может быть, и плохо знал) эстраду, именно эстрадный вокал. Но теряться было некогда, я сделал несколько портретных снимков перед концертом. «Что там фотографировать так крупно, – чуть улыбнувшись, сказала Эдита Станиславовна, – давайте уж на сцене». Я даже не успел сообразить и возразить. А между тем, у нее была всегда и остается сейчас – совершенно необычайная, удивительная и прекрасная внешность. Это нелегко объяснить. Внешность Эдиты Станиславовны каким-то загадочным образом сочетает в себе чуть только не царственное достоинство и одновременно с ним – открытость людям. Ей свойственно спокойное и разумное внимание к тому собеседнику, что у нее перед глазами. И за всем этим угадывается по-настоящему хороший человек.

            А в этом для меня заключается всё – о знаменитости ли идёт речь, или о ком угодно. Но когда речь идёт именно о человеке известном, то, вынужден сознаться, не только его слава, но даже само его искусство, если я вдруг пойму, что человек этот плох, для меня меркнет. А  так как в последние годы мне доводилось снимать много и многих, то я уже быстро стал понимать, кто передо мной. Возможно, что и заблуждаюсь, но если так, то, думаю, не часто.

            Потому-то тогда, оставшись один в коридоре, ведшем в гримёрку, я и решил, что Эдиту Станиславовну нужно фотографировать во что бы то ни стало, пусть даже только во время её концерта, при таком освещении, какое будет (а осветителям, понятно, до нужд фотографа дела нет, как и вообще всем), и с такого места, с которого не прогонят: опять-таки, очень любят гнать. Все, кому не лень.

            Так появились те первые, уже годичной давности снимки, где я хотел дать увидеть другим то, что видел сам. Это как раз работа фотографа. И казалось бы, что проще: видишь, ну так и запечатлей. Но глаз устроен иначе, чем объектив. Потому в таком почёте программы-редакторы, однако я стараюсь ими не пользоваться. Из упрямства. Да: хочу снять то, что вижу, а не лепить свои фантазии, пусть техника и позволяет. А это значит – слежка за сочетанием света и тени, ловля ракурса, выбор момента. Что и забирает почти всё внимание. Лишь совсем недавно я наконец стал ещё и слушать концерт или актёра, когда фотографирую. Но это к слову. Как раз тот концерт я отлично запомнил.

            Правда, дело тут в том, что Эдита Станиславовна очень гармоничный человек, и эта гармония распространяется на её творчество так же, как и на простое общение с людьми. В ней нет ничего от нынешних «звёзд», особенно тех, кого теперь зовут «celebrity». Она принадлежит к поколению, которое привыкло – и не отвыкло до наших дней – работать с полной отдачей. Потому её отношение к своему выступлению, к каждому  выступлению, предельно ответственно. Она работает с тем залом, который перед ней, и, судя по всему, публика для нее не бывает «лучше» или «хуже». А тогда не требуется особых навыков и тонкого чутья, чтобы это понять: публика всегда знает, как на неё смотрит выступающий, тем более действительно великий, а не «звёздный», так сказать, артист. Это-то и  «захватывает» зрителей и слушателей, в душе сознающих, что всякий концерт по природе своей есть праздник, а потому ожидающих, что этот праздник, обещанный кем-то непререкаемым, кем-то таким, кто не способен ни ошибиться, ни обмануть, случится воистину, прямо сейчас. И тот «непраздничный» в смысле обычной даты концерт в полной мере оправдал все ожидания. Думаю, иначе и мои снимки вряд ли бы особо удались…

            Но это было год назад, а теперь я ехал в Петербург фотографировать Эдиту Пьеху уже с полным правом, официально (чтó всегда требуют доказать те, чья роль – мешаться под ногами). И на сей раз предстоящий концерт попросту был обязан стать  праздником во всех смыслах этого слова. А мне выпала удача и честь снять то, как именно это произойдёт, да и как вообще будет отмечен юбилей Эдиты Станиславовны в городе, особенно ей близком и любимом ею – и отвечающем ей, в чём я вскоре удостоверился, полной и непреложной взаимностью. «Королева песни из Санкт-Петербурга»: вот ведь не мне одному идут на ум по поводу неё эти «высочайшие» титулы и образы.

            За день до юбилейного концерта состоялась особая, исключительно Санкт-Петербургская церемония: знаменитый Полуденный выстрел, производимый с 1868 г. ежедневно со стены Нарышкина бастиона Петропавловской крепости. Для произведения выстрела существует команда из двух человек, отставных офицеров. Наиболее почетным и высокопоставленным людям порой предоставляется возможность произвести этот выстрел самостоятельно. Такая возможность была предоставлена и Эдите Станиславовне.

            Был дивный, редкий для Петербурга солнечный день. Эдита Станиславовна в сопровождении одного из офицеров, облаченного в парадную военно-морскую форму, вместе с несколькими представителями прессы и фотографами поднялась по узкой лестнице на бастион. Туда наверх вообще пускают неохотно, строго по регламенту. До выстрела Пьеха расписалась в книге почетных посетителей, а после получила памятный подарок: гильзу с выгравированной на ней соответствующей надписью. Церемония закончилась небольшой пресс-конференцией уже внизу, где певицу  ожидали не допущенные на бастион корреспонденты и невесть откуда узнавшие о событии поклонники.

            Что же до поклонников, то весь город полнился разговорами о юбилее Эдиты Станиславовны и о предстоящем праздничном концерте. Об этом говорили и в метро, и в любом магазине, и в троллейбусе. Я поселился в Петербурге очень удобно, почти в самом центре: в Тележном переулке, между улицей Конной и Старо-Невским проспектом. И тут, утром следующего дня, был окончательно сражён. Выйдя спозаранку во двор, я обнаружил на лавочке компанию питерских выпивох – именно таких с виду, какими им и положено быть: в желтоватых майках, линялых трико и матерчатых рваных тапочках. Я присел поблизости – и уже через минуту обнаружил, что мысли этих живописных парий заняты тем же, чем и мои, и, собственно, всего города. Они тоже помнили, что сегодня 31 июля и что 31 июля в БКЗ (Большой концертный зал «Октябрьский») концерт «Эдиты Станиславовны»: трудно верилось собственным ушам, но они так и звали её, по имени-отчеству. А суть их прений сводилась к тому, удастся им туда попасть или нет. Был среди них оптимист, полагавший, что «с этой стороны» народу будет идти меньше, а значит, легче «стрельнуть» билет. Были и скептики. Я увидел воочию, что такое всенародная любовь, о которой часто говорят, но которая вечно прячется, а тут обнаруживалась везде и всюду, даже среди «прилежащих пития хмельного».  

            Меня разбирало любопытство, увижу ли я кого-нибудь из них в самом деле вечером на концерте, хотя четырехтысячный зал едва ли оставлял на это надежду. Как потом оказалось, найти кого-то и в самом деле было нельзя, столь огромна и пестра была публика, допускавшая, впрочем, по своей пестроте, присутствие любых поклонников Эдиты Пьехи. Зал был не просто полон – он был переполнен, а толпа всё увеличивалась. Вокруг на улицах билеты «стреляли» повсюду, вынырнули даже мошенники с подделками, этакие «фальшивобилетчики». При всём том в толпе поговаривали, что настоящие билеты, купленные не с рук, куда дешевле, чем это бывает обычно здесь, даже и не на столь торжественных представлениях. В фойе была устроена выставка концертных платьев певицы. В зале было пестро не только от людей, но и от исполинских букетов, которым предстояло ещё перекочевать на сцену, завалив ее чуть не всю, причем, среди прочих, певице были поднесены гладиолусы особого сорта «Эдита», выведенного и названного в честь юбилярши. Отовсюду слышалась разноязыкая речь: на концерт приехали зрители со всех концов света. Прибыли поздравительные телеграммы – не только от президента России и глав других государств, но даже из Ватикана, от Папы Римского.

            Начался концерт – и длился четыре часа. И все эти четыре часа, лишь с небольшими перерывами, Эдита Станиславовна была на сцене. Скажу ещё раз про её облик, про её голос. Конечно, она была другой, не такой, какой была в новогоднюю ночь 1956-го (дата её первого выступления и триумфа). Пьеха была опять новой! Она никогда не повторялась,  и сейчас старается не петь старые песни, а новые, как всегда, безупречно соответствуют её голосу и облику. Всякий актёр умеет преображать себя. Но такая великая актриса, как Эдита Пьеха, способна на большее: она преображает всё вокруг, даря миру свою гармонию и свою красоту. И кем-то обещанный праздник не только приходит с ней, но превращается ею в настоящее чудо, в подлинное торжество высокого искусства над косностью мира. Тут есть особая, светлая тайна, к которой можно приобщиться, но которую не нужно разгадывать, да и, конечно, нельзя разгадать.

Олег ПОСТНОВ  23.10.2012          

На сайте

Сейчас 214 гостей онлайн
Нравится